Ашка

В обычные дни не присядешь, вымотаешься так, что еле до койки и спать.
В новогодние праздники работы немного, поэтому Кира убивала время. Она то смотрела сериалы, то «лазила» по Интернету, то переписывалась с подругами.
Год был тяжёлый, бушевал коронавирус. По весне сотрудников их организации отправили на «удалёнку», к лету срезали зарплаты, к середине осени объявили об отмене квартальных премий, хотя, конечно, одно вытекало из другого, но под Новый год случилось самое обидное, заплатили меньше, чем коллегам. Кира ценный сотрудник – оставалась работать в офисе, но в связи с последним возникло желание сменить работу; правда, интуиция подсказывала не торопиться, всё-таки времена непростые.
Через день – Рождество, в планах был поход в храм, желательно всей семьёй, но дочка Софья, старшеклассница, сопротивлялась. Согласилась – только если ей разрешат устроить вечеринку в родительской квартире с компанией одноклассников. Что-то вроде ночной пати на американский манер, судя по заокеанским фильмам о подростках. Кира загуглила. Оказалось, подобные вечеринки широко не приняты в США, а проводят их детки из семей выше среднего достатка. Ужас! Никогда бы не дала добро, но отец уже пообещал дочке, а она из-за солидарности поддержала, но теперь сильно об этом жалела. Хотя чего переживать? Вроде, друзья у неё цивильные, учатся без троек, все чем-то увлекаются… Но ведь им ещё только по 15–16 лет, какие, к чёрту, вечеринки?!
Софья изначально говорила о 7–8 девчонках всего, но за день до пати выяснилось, что придут ещё и пара парней, что вконец расстроило Киру. Но мальчики не останутся, а уедут ночевать домой – утешала Соня.
После работы Кира заскочила в магазин, взяла пару бутылок сухого, чтобы скоротать вечерок в гостях у подруги Любы. С ней же договорилась о ночёвке, пока собственная дочь будет гулять в собственной квартире. Вспомнила себя в молодости, как на подобной вечеринке у подруги, но, конечно, без ночёвки, ходила нетрезвая по квартире и разбрасывала пшено. Ей тогда было хотя бы 17, да и не было ночёвок!
Муж Сева подхватил свою супругу у метро.
– Разгромят они твою квартиру и в кладовке наблюют, – с сарказмом шутила подруга Люба по телефону, называя код домофона, – но я рада, что ты, наконец, ко мне, подруга, а то пропала совсем, шестнадцатый этаж.
– Помнишь, ещё в прошлом году коробку «Умный дом» нам на Новый год подарили? – вызвал Сева лифт. Кира что-то такое припоминала, – ну, валялась на шкафу?
– Не на Новый год, а на твой день рождения?
– Неважно. Я тут недавно решил посмотреть, что это за ерунда, а там камера оказалась и другие примочки, короче, сегодня установил, смотри.
Муж Сева достал телефон и запустил приложение. На экране Кира увидела коридор своей квартиры. Угол был широк, просматривался и влево – на кухню, и вправо, где виднелись вход в комнату Сони, и дальние – в спальню и гостиную. В смартфоне Софья показалась из своей комнаты и что-то прибирала в коридоре, готовилась к приходу одноклассников.
– Зато не нужна будет сигнализация, а летом поедем в отпуск, и всё будем видеть,– оправдывался Сева.
– А сегодня вечеринку увидим? – насторожилась Кира.
– Ну да, естественно, – чего-то боялся папа Софьи, которая – в телефоне – с вешалки в прихожей смахнула все куртки, схватила их в охапку и понесла в кладовку.
Родители поднимались в лифте. На самом деле известие обрадовало Киру, с плеч долой! Сердце успокоилось, ведь теперь всё относительно под контролем.
– Смотри какое вино взяла, чилийское, – показала мужу бутылки.
– Мы же в храм собрались на Рождество? – Сева засвидетельствовал преображение в настроении супруги.
– Вино постное, немного можно, да и подруга не поймёт, пришла в гости, а до постов ей… сам знаешь.

Муж Киры работал на ювелирном заводе, был художником декоративно-прикладного искусства. На кухне подруги своей супруги он ювелирно открывал хозяйскую бутылку шампанского. А тем временем Кира уже ковырялась в смартфоне мужа, открывая заветное приложение. Получилось. Наблюдала, как дочка Соня там разговаривала по телефону, накидывая попутно куртку, зажав подбородком телефон, присела, зашнуровав ботинки, выскочила в подъезд.
– У неё ключи есть?
– Да, оставил.
– А если камеру она заметит или гости обнаружат? Она большая?
– Вряд ли. Она в углу висит вместе с роутером и звонком. Если не в курсах, сразу не поймёшь.
В смартфоне квартира стояла пустая.
– Кира, давай только особо туда смотреть не будем, а то это ж молодёжная вечеринка, сама понимаешь, – начал осознавать глубину ситуации Сева, – меньше знаешь, крепче спишь! – Жена промолчала, – нам ведь главное просто убедиться, что дочь в безопасности? – Вторая половинка с недоверием взглянула на первую и вышла послушно из приложения.
Миша, муж подруги, заправлял приправами мясные стейки, намереваясь их тут же пожарить. Люба нарезала овощные салаты постящимся гостям, Кира помогала.
– А могу я на свой смартфон установить это приложение? – Осторожно спросила она Севу.
– Давай установлю, – знал, что бесполезно отговаривать, супруга всё равно не успокоится. Сам же он установил наблюдение, а теперь и жалел: подсматривать, что-то не в кайф. – Мне кажется лучше посидеть, расслабиться, поговорить, что ты изменишь?! А сердечный приступ получить запросто, – Сева поднял бокалы, озвучивая первый новогодний тост.
– За то, чтобы этот год был лучше прошлого!
– И дети пошли в школы, а то эта дистанционка достала! Дочь не спит ночами, сидит в чате с одноклассниками, – добавила недовольно Кира, открывая заветное приложение на собственном телефоне.
Открыли вино. Попробовав, Кира улыбнулась. И хозяева, отпив по глоточку, улыбнулись. «Ура, значит, вино «зашло», слава Богу, а то вечерок мог закончиться быстро», – подумал про себя Сева, озвучивая следующий тост.
– За нашу встречу!
Смартфон Кира положила прямо перед собой, краем глаза можно было видеть, что квартира пустая, никакого движения.
– Выключи ты его, давай всё-таки без тряски посидим, – занервничал Сева, чувствуя, что жена увлеклась не на шутку этой незримой слежкой за дочерью. Такое уже бывало: дочь стала вечерами гулять, и мать ходила следом. Жили как на вулкане. – Пойми, получается,ты как бы не с нами, а где-то там, в могильнике, – ткнул пальцем в телефон супруги. Это сильно напрягает! – Кира в очередной раз вышла из приложения.
– Окей. Зайду через часик, – успокоилась.
– В могильнике – это сильно! – усмехнулся Миша.
– Бабушка моя так говорила, Царствие ей Небесное, – перекрестился Сева.
– Запахло жаренным мясом, стейки прыгнули на стол, и теперь аккуратно заскакивали в рот хозяина квартиры.
– Давайте уже веселиться, что мы все «могильники», «могильники», жизнь то продолжается, – разливая вино, Миша попутно включил что-то из 90-х со своего смартфона.
Подняли бокалы, чокнулись уже без всякого тоста. Часик, конечно, Кира не выдержала… В смартфоне был слышен звук гитары, никого в коридоре, но было понятно, ребята дружно пели под гитару в комнате Сони. Супруга Севы сияла, ах, какие хорошие ребята. Тут выскочил из комнаты длинноволосый парень, начал красоваться в зеркалах в коридоре. А зеркала были и слева и справа и во весь рост. Смешно, он словно девушка поправлял причёску и дальше продолжал вертеться, любуясь своим отражением. Продолжалось это действо с несколько минут, засмотришься.
Миша долил по бокалам бутылку. Он, – коренной москвич, воспитывался в интеллигентной семье, но с Любкой, которая его постарше и неместная, стал манерами и внешне походить на крупного мужика с деревни, но при этом оставался абсолютным подкаблучником.
– Выключай, – наконец поддержал друга хозяин. – Я помню, в молодости квартиру снимал с друзьями, лет по 18 нам было, так там такое творилось… шок гарантирую. Вам оно надо?
– А с Любой вы там познакомились? – Поинтересовался Сева.
– С кем? С Любой? – Украдкой виновато взглянул на неё. – Нет, на дискотеке, вроде.
– Ты забыл?! Вот тебе на! На улице ко мне подошёл!
– И пригласил на дискотеку. – мигом попытался реабилитироваться Миша перед грозной женой. – И не я, а мой друг. И не тебя, а твою подругу. Инга кажется? – заметил одобрительный смешок жёнушки. – Мы как раз квартиру с ним и снимали.
– Вот именно! – подхватила Люба. – а тусовались мы там вчетвером. Весёлые были времена. Столько гостей к нам приходило, такие улетные были вечеринки. Но я там ни разу не осталась ночевать, кстати, – помахала указательным пальцем, скорчив на лице неприступную гримасу. – А вы как познакомились?
– Мы? – будто пытаясь вспомнить, а на самом деле всем нутром находясь сейчас в своём могильнике, – Да-а, тоже на дискотеке, сестра моя двоюродная встречалась с парнем, я как раз к ней погостить приехала…
– Юрка! Юрка нас познакомил. Потом мы ещё месяца два перезванивались. Да больше, я в гости ездил несколько раз…, – Сева пил вино так протяжно, застыв, будто оказался где-то там…Взглянул задумчиво на Киру. – Блин! Опять ты залезла!
Тем временем Миша доел стейки и врубил музыку с телефона через колонку.
– Тише! – Закричала Кира, будто что-то произошло такое, что ни в сказке сказать…
Все мигом прильнули к экрану смартфона, там подростки продолжали петь под гитару, но в коридоре парень с девушкой целовались.
– Выключи свою шарманку! – Скомандовал жёстко Сева. Миша оглянулся, думая, что это ему, но фраза предназначалась Кире. Размахивая второй бутылкой вина, Сева подал знак Мише, чтобы тот прибавил громкости. – Мы вместо того, чтобы самим отдыхать, смотрим дешёвое кино! То есть, какое это кино? Натуральная порнуха! – Открыл резким движением пойло захмелевший гость, так, что смартфон чуть не полетел из рук жены. Та сходу врезала прям «по мордам».
Муж успел поставить привычный блок руками. Что ещё больше взбесило женщину.
– Дурак, что ли, совсем?! – Тут же улыбнулась как ни в чём не бывало подруге.
Целующаяся пара в телефоне ушла в большую комнату, за ней потянулись ещё несколько подростков. Тут в экране показалась дочка. Соня проскочила в туалет и вернулась. А между тем Сева разливал из новой бутылки.
– Что поставить? – Кричал, перебивая беснующейся из колонок «Сектор газа» Миша.
– Давай «Король и шут» или лучше «Наутилус», – Севе нравился рок.
– Уснём под них, лучше «Ласковый май», – Любка тоже захмелела, протянула вверх руки, так, что могло показаться в мольбе – сидя танцевала, в такт музыке, прикрыв веки.
– Тогда песню «Метель» группы «Суровый Февраль», – Сева настаивал на своём.
– Ух ты? Это можно, ставь, – приказала сквозь зубы хозяйка, не меняя ни на миллиметр своей молящейся позы.
– Антонова дава-ай!!! – Воскресла неожиданно счастливая Кира.
– Это вообще 80-е или 70-е, – истуканила Любка, будто обращаясь к Господу. – Нас ещё не было. – Ну ладно, только следующим «Ласковый май». Ну можно «Метель».
Заиграл Антонов. Сева заметил, что в телефоне тот же парень, что и ранее, начал вновь прихорашиваться, разглядывая себя в зеркала. Тут он обернулся и посмотрел прямо в камеру, задержав взгляд… Застыл, разглядывая. Затем, как ни в чём ни бывало, продолжил своё занятие.
– Не прочухал камеру?
– Конечно, не понял! – Обменялись фразами мужики, обнялись в такт Антонову, чокнувшись бокалами, повторили вместе с песней из колонки:

«Поверь в мечту, поверь в мечту, поверь в мечту, скорей…»

В телефоне Киры из комнаты вышла толпа ребят. Они все одевали куртки. Миша сделал музыку на секунду тише. Послышался мат. Делились сигаретами.
– Я ненавижу такие! – появилась наконец Соня, отказавшись от протянутой папиросы. – Ашку сейчас достану, – полезла в куртку, – блин, столько одежды, фиг найду, – голос у неё был развязан, гости переглянулись.
Ашка – на сленге электронная сигарета, знал Сева от жены. Та бросала курить и пыталась перейти на ашку, не получилось.
Любка тем временем задымила в форточку, соблазняя подругу, и та не сдержалась, сделала пару тяг. Между тем в телефоне часть ребят вышла в подъезд, а Соня с ашкой пошла в свою комнату.
– Почти не курит, молодец! – подытожила Любка. – Ладно, вырубай, действительно, – схватила со стола смартфон, убрала подальше на холодильник. – Всё нормально там будет, поверь, подруга, – подлила Кире вина.
Музыка орала на всю кухню, хозяйка танцевала. А гостья, притаившись на минутку, незаметно переместилась к холодильнику и ещё через время вновь была в заветном приложении. Теперь компания школьников находилась в большой комнате. Ничего не происходило, Кира положила телефон на подоконник и как бы поддержала подругу в танце, поглядывая в сторону окна. На экране началась «движуха». Это была дочка Соня, её «толпой» вели к туалету. Она, пошатываясь, брела, чуть не падая. Скрылась из виду, было понятно – блевала у толчка. Затем её также увели, но через минуту толпа вернулась. В этот раз Соня пропала в туалете надолго. Кира то и дело приставляла телефон к уху, пытаясь расслышать, что же говорят подростки.
– Я не много выпила, у меня непереносимость, – расслышала неуверенный голос дочери, которая, наконец, вышла в коридор свиду трезвой.
Мать набирала номер дочери. В телефоне подростки забегали, требуя тишины. Музыку приглушили. Ответила.
– Привет, как там у тебя дела?
– Всё нормально мама, мам тут песни поём.
– Весело? Всё хорошо?
– Ага.
– А что у тебя с голосом? Ты выпила?
– Мам, представляешь, сделал буквально глоток коктейля и меня сразу затошнило. У меня непереносимость алкоголя.
– Понятно. Мальчики ещё с вами?
– Не переживай, они скоро уедут.
– А сколько вас?
– Пять девочек и два мальчика.
– Хорошо, я позже ещё наберу.
– Хорошо.

Допивали вторую бутылка вина. В телефоне Киры события набирали темп. Соня с мальчиком прошли по коридору и закрылись в необозреваемой комнате. Остальные оставались в гостиной. Это работало как эффект мины с часовым механизмом. Время тянулось, а ничего не происходило. Неужели?! Неужели она там с парнем? Что они делают? Кира быстро набрала номер Сони, но та не отвечала. Подростки из гостиной вышли в коридор и отправились в подъезд покурить, и никто из них не решился потревожить тех, кто в дальней комнате… Почему? Время, казалось, остановилось. Что же делать?!
– Я поеду, – вскочил Сева.
– Я с тобой, – вызвался помочь Миша. – Сейчас на такси за полчаса домчимся.
– Да какое такси, на своей поеду, – Сева быстро одел ботинки, вернулся, чтобы напоследок взглянуть в телефон. Миша оставался на месте.
– Всё ты, зачем ты разрешил?! Всё вьёшься около дочери, всё для неё, на меня пофиг! – Сева обалдел, не ожидая с этой стороны подвоха. – Кира курила, не стесняясь посредине кухни. – Давай вали к ней!
Сева залпом выпил прямо из бутылки оставшееся вино.
– Дура!
– Сам дурак! – Худенькая красавица Кира схватила со стола пустую бутылку и кинула в мужа… Сработал рефлекс, удалось уклониться. Угодила в стену, посыпались осколки.
В этот момент в смартфоне из комнаты дочери вышла девушка. Не соня! То есть получалось, что дочка и парень там не были вовсе вдвоём? Эта девчушка что-то спросила у вернувшихся из подъезда подростков и вернулась обратно в комнату.
– Ну, может они там втроём? – Компания даже не отреагировала на язвительную и глупую шутку Миши, который пошёл вглубь квартиры, а Люба как ни в чем ни бывало продолжала свой танец. Сева нашёл веник и савок, скинул крутку и занялся уборкой.
– Ну что? Раз такая заварушка, давайте по песят? Чистейший! Сватовский! – Миша вернулся с полуторалитровой баклажкой.
Все молчали, никто не отказался. Кира не шелохнулась, уставилась в смартфон как мумия, не реагируя вообще ни на что. Сева подошёл к ней и поцеловал в щёку. Спящая красавица не проснулась.
Хозяин расставил рюмки и разлил самогон, при этом вновь добавив громкости своей колонке. Кира напугала, вскочив – ожила спящая красавица!!!
– Там пять парней и четыре девочки, а Соня говорила о паре парней? Она меня обманула, вот сволочь. Ну всё, я сейчас ей покажу! – Похоже терпение матери окончательно лопнуло. Она не могла терпеть ложь. Набрала дочь.
– Мальчики ушли?
– Уже собираются.
– А сколько их?
– Двое, мам мы уже скоро стелиться будем, не переживай, – Кира опешила, не ожидала явной лжи вот так, она же всё видит на экране.
– Хорошо, – безропотно проговорила, положила трубку и махнула залпом рюмку.
Из комнаты выскочила Соня, она рыдала, вытирая слёзы, пробежала в большую комнату. Да что же там происходит? За дочкой проследовали парень с девчушкой. Спустя время дочка в сопровождении подруги вернулась в свою комнату и закрылась. Часть подростков снова отправилась на перекур в подъезд. Парень, который был вместе с Соней в комнате остался, подошёл к двери, где находилась Соня, хотел было войти, схватив ручку двери, дёрнулся, но передумал, отошёл, а затем резко вернулся и вошёл.

Пили уже по какой-то рюмке самогона. Миша по-прежнему диджействовал.

«Берега, берега, берег этот и тот,
Между ними река – моей жизни…
Между ними река,
моей жизни течёт,
От рожденья течёт и до тризны…»

На экране смартфона троица в главе с Соней вышла из комнаты, и вся компания воссоединилась в большой комнате. Вновь зазвучала гитара. Мать набрала дочь.
– Алё, Соня, мальчики уехали? – Ненависть ко вранью дочери и происходящем на экране давно притупилась и Кира просто смирилась.
– Да! Уехали! Мы ложимся.
В этот момент Миша врубил на всю.

«Там за быстрой рекой,
что течёт по судьбе
Своё сердце навек, я оставил
Своё сердце навек, я оставил – тебе
Там, куда не найти переправы…»

– Что там у вас?
– Да мы тут тоже в гостях, отдыхаем.
– А, ну здорово… пока мамочка, – на экране все мальчики и девочки направились в очередной раз в подъезд. Только Соня нырнула в свою комнату за ашкой и прошмыгнула мимо всё также поправляющего причёску парня, проследовав из квартиры в подъезд. Показался ещё один парень, он почему-то был без футболки. Это вконец смутило. Он также двинул на перекур.

«А на том берегу – незабудки цветут
А на том берегу –
звёзд весенний салют
А на том берегу, мой костёр не погас
А на том берегу,
было всё в первый раз…»

Квартира казалась пустой, никого. Как хорошо. Выпили ещё по одной, наслаждаясь в пятый или десятый раз переливами песни Малинина. Пели хором, завывая, как это бывало раньше, только не ой, мороз, мороз…

«В первый раз я любил,
и от счастья был глуп
В первый раз пригубил
дикий мёд твоих губ
А на том берегу, там, на том берегу
Было то, что забыть,
никогда не смогу…»

Четвёрка завывала на весь семнадцатиэтажный дом. А между тем, из самой дальней – третьей комнаты показалось девочка. Она выскочила на середину коридора, к зеркалам, и… начала раздеваться. Мигом стянула джинсы, скинула с себя рубашку, тут же стянула трусики, оказавшись абсолютно голой. В этот момент Люба нарушила свою неприступную «молитву» и начала выхватывать смартфон с криками.
– Миша, Миша, куда смотришь, подлюга?! – А муж как подорвался, увидев девичье обнажённое тело. – Не смотри, ты что! – Другой рукой закрыла ему глаза, а телефон полетел на пол, Сева тут же бросился за ним, поднял… Нажал на кнопку. Экран треснул. Но… Включили. Миша продолжал смотреть сквозь пальцы Любы.
Девочка по-прежнему стояла голая, рассматривала себя в зеркале со всех сторон, совершенно не переживая, что подростки могут вот-вот вернуться… Обернулась, глянула как парень ранее прям в камеру, задержала взгляд. Глазища огромные, вся четвёрка провалилась туда словно в горное озеро; нетронутая красота завораживала. Девочка натянула приготовленные лёгкие шортики и топик, ускакала обратно, оставив посредине коридора валяться на полу всю свою одежду. Одноклассники вернулись из подъезда…

В ночь на Рождество приехали в храм. Соня зашла украдкой, натянула на голову большущий чёрный капюшон куртки, чтобы её лица вообще не было видно. Платок отказалась натягивать. Она осторожно осмотрела внимательно помещение, нет ли тут случайно кого из её одноклассников?
В целях безопасности из-за коронавируса батюшка провёл не полагающуюся, а общую исповедь. То есть всем разом отпустил грехи, зачитав их в своей молитве. Через час службы Соня, которая поначалу затаилась словно зверёк в углу храма, наконец встала и надела платок. Подошла к родителям, лицо её просветлело, стала наблюдать за происходящим. Батюшек было много, они были ярко одеты, пели праздничные молитвы.
– На секту похоже, – произнесла девочка со счастливым лицом.
В финале службы Соню причастили. Сева и Кира, выходя с храма, чувствовали себя обновлёнными. Дочь шла впереди, достала телефон из кармана, вместе с ним что-то выпало в снег. Сева заметил и поднял украдкой. Это была ашка. Оглянулся, одухотворённая Кира всё говорила о своих невероятных ощущениях. Незаметно сунул агрегат обратно в карман дочери.

Оригинал: https://litrossia.ru/item/ashka/